Подъем правых партий во Франции (перевод из Stratfor)

Бывший министр иностранных дел Франции Франсуа Фийон недавно заявил, что считает вполне допустимым голосовать за ультраправую партию «Национальный Фронт», чем дал начало дебатам внутри страны о роли этой партии под руководством Марин Ле Пен. Слова Фийона являются своеобразным подтверждением успеха «Национального Фронта» в деле превращения в легитимную партию во Франции, и напоминают о том, что умеренные партии испытывают всё возрастающее давление со стороны националистически настроенных кругов, требующих занять более жёсткую позицию по вопросам миграции и членства в Евросоюзе. Это общеевропейский тренд, справедливый и в отношении Великобритании, Нидерландов и северных государств — и он будет углубляться одновременно с кризисом.

Также на прошлой неделе Фийон, который вполне может участвовать в президентских выборах 2017 года, сказал, что в следующем раунде муниципальных выборов, в ходе которых кандидат от право-центристов потерпел сокрушительное поражение, гражданам следует отдать свои голоса «наименее агрессивного» кандидата, будь он из «Национального Фронта» или «Социалистической партии». Это совершенно явное отступление от политики право-центризма, предписывающей избирателям отказывать в поддержке обеим крайним силам. До недавнего времени сотрудничество с «Национальным Фронтом» было чем-то запретным для мейнстримных партий во Франции. Следующие факторы стали определяющими для партии в деле легитимизации на политическом поле.

Во-первых, Марин Ле Пен, лидер партии, создала ей более мягкий имидж, если сравнивать с тем что было во времена предыдущего лидера партии, Жана-Мари Ле Пена. Под руководительством Марин партия предприняла шаги для того, чтобы дистанцироваться от наиболее крайних своих представителей, чтобы исправить свой образ в глазах избирателей. Например, «Национальный Фронт» немного сбавила накал анти-миграционной риторики, начав критиковать чужаков с экономических, а не расовых позиций. Экономический кризис также помогает «Национальному Фронту», чья анти-интеграционная риторика и призывы к принятию протекционистских мер находят отклик в сердцах всё большего количества избирателей. В результате, партия набрала рекордное количество голосов на президентских выборах в 2012 году — 17,9%.

Этот успех заставил многие традиционные партии во Франции включить в свою программу темы, которые поднимает «Национальный Фронт». В ходе своего президентства Саркози инициировал дебаты о присутствии мусульманских мигрантов во Франции, призвал к защите европейской промышленности и принялся оспаривать Шенгенское соглашение. Недавно Франсуа Олланд подвергся критике за депортацию цыган из Франции. Но это не единичный случай в Европе. В Британии правительство премьер-министра Дэвида Камерона ужесточило свои высказывания по вопросам миграции и начало пересмотр отношений между страной и Европейским Союзом, чтобы отобрать часть растущей популярности у «Партии Независимости Соединенного Королевства», настроенного предельно евроскептически. В Нидерландах и Северной Европе умеренные партии тоже были вынуждены изменить свою повестку дня, чтобы успешно конкурировать с поднимающимися евроскептиками и националистами.

Пока экономический кризис бушует в Европе и пока ультраправые партии успешны в смягчении своего имиджа, националисты и евроскептики будут все большей силой на континенте. Это продолжит создавать сложности для умеренных партий, пока они пытаются изменить свои программы под нужды меняющейся политической ситуации. И, что самое важное, это существенно затруднит выживание Европейского Союза в его нынешней форме и европейских элит, поддерживающих этот проект.

Оригинал текста.