Судьбы русских асов Первой мировой

Оглавление, 14 разделов

1. Александр Казаков (в некоторых источниках Козаков) — 17 самолетов
2. Павел Аргеев — 13 самолетов
3. Василий Янченко — 12 самолетов
4. Григорий Сук — 10 самолетов
5. Иван Смирнов — 10 самолетов
6. Петер Маринович — 10 самолетов
7. Владимир Стрижевский — 7 самолетов
8. Евграф Крутень — 6 самолетов
9. Виктор Федоров — 6 самолетов
10. Иван Лойко — 6 самолетов
11. Эдуард Пульпе — 5 самолетов
12. Юрий Гильшер — 5 самолетов
13. Константин Вакуловский — 5 самолетов
14. Михаил Сафонов — 5 самолетов

12 августа в России отмечается день ВВС. В этот день в 1912 году императорский военно-воздушный флот (к тому времени уже существовавший) был переведен из ведения инженерного управления в подчинение специально созданного ведомства — Воздухоплавательной части Генштаба. Таким образом, ВВС впервые были выделены в отдельный вид войск (к слову, в Британии они долгое время были приписаны к флоту). Поэтому позднее было принято решение считать 12 августа днем создания ВВС.

Авиация на тот момент была самой передовой и прогрессивной областью, а первые летчики имели популярность сопоставимую разве что с популярностью первых космонавтов. Показательные полеты с выполнением различных фигур пилотажа собирали многотысячные толпы зрителей. В годы Первой мировой войны авиация совершила, вероятно, один из наибольших скачков в развитии из всех родов войск — невооруженные бипланы всего через несколько лет превратились в полноценные истребители и бомбардировщики. Поначалу обе стороны толком не понимали, как использовать авиацию с наибольшей эффективностью, поэтому она применялась исключительно для разведки. Иногда совершались бомбардировки чужих позиций, но полноценных бомбардировщиков (кроме России) ни одна сторона еще не имела, поэтому бомбардировка проводилась так: летчик-наблюдатель брал бомбу и держал ее на коленях, а когда самолет пролетал над вражескими позициями, кидал ее «на глаз». Разумеется, это было весьма опасно — нередко от неаккуратных движений или резких маневров самолета в воздухе бомба детонировала прямо в руках у наблюдателя.

Еще необычнее были первые воздушные дуэли. Устанавливать оружие на самолеты еще не научились, поэтому пилоты стреляли друг в друга из табельного оружия — два самолёта сходились в воздухе, и лётчики целились друг в друга из наганов или маузеров. Полноценными воздушными боями это назвать трудно, поэтому почти два года самолеты использовались в основном для разведки или в крайне случае для корректировки артиллерийского огня.

Настоящая революция произошла в 1915 году после того, как был изобретен синхронизатор, позволивший устанавливать на самолетах пулеметы и вести стрельбу через винт. Первые синхронизаторы были неудачными, часто ломались, и только с 1916 года обрели удовлетворительное качество. Именно тогда и началась эра воздушных боев.

Русский воздушный флот накануне войны имел самое большое число самолетов, но в условиях противостояния ситуация неоднократно менялась. В процентном соотношении русские асы имеют меньше всего подтвержденных воздушных побед. Значит ли это, что русские летчики не умели сражаться? Разумеется, нет. Дело в том, что в полную силу война в воздухе развернулась только в 1916 году, а основная бойня началась в 1917–1918 годах. Для примера: самый выдающийся ас той войны, Манфред фон Рихтгофен, к началу 1917 года имел только 15 сбитых самолетов, но за один апрель 1917-го сбил 22 самолета, а всего к моменту гибели в июле 1918 года он имел 80 побед. Второй величайший ас той войны, француз Рене Фонк, к 1917 году имел только два сбитых самолета, а к концу войны уже 75. Русские же летчики эру воздушных боев практически пропустили — они хорошо начали, но в феврале 1917 года случилась революция, армия и фронт рухнули, и стало уже не до воздушных боёв.

Судьба была вдвойне немилосердна к русским летчикам, поскольку уже через год им пришлось выбирать, под каким знаменем убивать друг друга. Революционная буря разметала наших пилотов по всему миру, и судьбы их сложились по-разному. О русских летчиках времен Первой мировой в принципе очень мало известно (по понятным политическим причинам) — восполним этот пробел, сосредоточившись на асах. В те времена летчик формально считался асом после 5 побед. Но мы начнём с трёх, по двум причинам: во-первых, как уже говорилось выше, русские летчики сражались в крайне неблагоприятных условиях революционного развала фронта, во-вторых, в России была принята достаточно жесткая система подтверждения побед. Требовалось, чтобы сбитый самолет упал или приземлился на территории, контролируемой нашими войсками или в крайнем случае падение на вражескую сторону фронта должны были подтвердить свидетели, но таковые находились редко, поэтому у наших пилотов большое расхождение между количеством подтвержденных и неподтвержденных побед.

Александр Казаков (в некоторых источниках Козаков) — 17 самолетов

Самый результативный русский ас Первой мировой войны. Дворянин из Херсонской губернии. Начинал военную карьеру в кавалерии, но незадолго до начала Первой мировой перевелся в Офицерскую воздухоплавательную школу. Казаков стал первым в мировой истории летчиком, выжившим после воздушного тарана. В марте 1915 года Казаков сумел сбить немецкий самолет, не применяя стрелкового оружия — он спикировал на него, ударив своим шасси по вражескому крылу. Русский пилот сломал винт, но сумел удержать свою машину и спокойно спланировал до земли. За этот бой Казаков был награжден Георгиевским оружием.

Войну он начал поручиком, а закончил подполковником. На его счету 17 побед (также известно еще о 15 победах, которые не подтверждены) и масса наград: Анна 3-х степеней, Станислав двух степеней, Владимир и Георгиевский крест.

Большевиков Казаков терпеть не мог, и когда над ним нависла угроза мобилизации, бежал в Мурманск. После того как началось формирование местных белых частей, Казаков примкнул к Славяно-британскому авиационному отряду, который был частью одноименного легиона. Как самый прославленный русский летчик, он был назначен его командиром. Поскольку все командиры в легионе имели британские офицерские звания, он стал сначала капитаном, а затем и майором британской армии.

Казаков принимал участие в Гражданской войне и погиб в аварии в июне 1919 года. Поскольку гибель произошла через два дня после объявления об эвакуации англичан, появилась версия о самоубийстве — тем более что авария, по свидетельствам очевидцев, и правда была странной для столь опытного летчика. Кроме того, Казаков отказался от эвакуации прямо перед гибелью. Советские источники в этом месте обычно утверждают, что ас свел счеты с жизнью от стыда — мол, понял, что правда на стороне трудящихся. Это сомнительно, но вот самоубийство как таковое вполне возможно.

Павел Аргеев — 13 самолетов

Начинал в пехоте, к 1912 году командовал стрелковой ротой в чине поручика. Затем произошел странный инцидент, который привел к уходу Аргеева из армии: он отказался исполнять приказ старшего офицера и был наказан месяцем гауптвахты, после чего покинул армию и вообще уехал из страны. Французские источники утверждают, что Агеев не стал наказывать солдата по приказу старшего по званию.

Во Франции Аргеев вступил в Иностранный легион и принимал участие в Первой мировой войне. Он был 4 раза ранен, награжден орденом Почетного легиона и в конце концов признан негодным к службе в пехоте. После этого он переучился на летчика и продолжил службу. В конце 1916 года Агеев перевелся в Россию и был зачислен в императорскую армию в звании штабс-капитана. В России считался одним из лучших летчиков, служил в отряде у Казакова, часто летал с ним в паре. После того как Казаков ушёл на повышение, возглавил отряд.

Сбил 15 самолетов, из которых только две победы считаются неподтвержденными (6 из них — в русской армии). Сразу же после Октябрьской революции взял отпуск под предлогом лечения, после чего бежал во Францию, где вновь был зачислен в авиацию и продолжил воевать.

После войны работал пилотом гражданской авиакомпании. Погиб в 1922 году, разбившись в условиях очень плохой видимости.

Василий Янченко — 12 самолетов

Янченко не был профессиональным военным и перед самой войной выучился на инженера. После начала войны записался в армию добровольцем и служил мотористом в авиаотряде, но затем переучился на пилота. В одном из полетов двигатель его самолета загорелся над вражеской территорией, но Янченко сумел посадить объятую пламенем машину на своей стороне фронта, хотя и получил ожоги. За это он был награжден первым Георгиевским крестом, и к концу войны стал полным кавалером ордена, получив кресты всех четырех степеней. Сбил 12 самолетов, еще 4 под вопросом. Входит в тройку самых результативных русских асов. За время войны дослужился от рядового до поручика. После Октябрьской революции, когда в войсках начались гонения на офицеров, Янченко уехал в Новочеркасск, где формировалась Добровольческая армия. Воевал в авиаотряде ВСЮР, ушёл из Крыма вместе с врангелевскими войсками. После эмиграции осел в Америке, где работал инженером в компании Сикорского. Умер в 1959 году.

Григорий Сук — 10 самолетов

Самый молодой русский ас, к началу войны ему исполнилось 18 лет. Не был профессиональным военным, учился на архитектора, ушёл на фронт добровольцем. Добился зачисления в летную школу, которую закончил в начале 1916 года, как раз успев к началу эры воздушных сражений. Уже через два месяца после начала службы был награжден первым Георгиевским крестом, а всего за полтора года службы получил четыре (!) Георгиевских креста, став, таким образом, полным кавалером — редчайший случай, даже если не учитывать его возраст. После разделения подготовки летчиков на истребителей, разведчиков и бомбардировщиков переучился на летчика-истребителя. Всего сбил 10 самолетов (в некоторых источниках к ним добавлены еще две неподтвержденных победы). Погиб в возрасте 20 лет, в ноябре 1917 года, при заходе на посадку.

Иван Смирнов — 10 самолетов

Родился в бедной крестьянской семье. В 19 лет добровольно ушел на фронт. Первоначально воевал в пехоте и даже получил Георгиевский крест. Позднее он вспоминал, что из 90 добровольцев его полка к моменту награждения «Георгием» он один оставался в живых. В конце 1914 года был тяжело ранен в ногу и после полугодичного лечения попросил перевода в авиацию. Хотя он и не имел необходимого уровня образования, ему помогла награда — и отец ухаживавшей за ним сестры милосердия, служившей в штабе великого князя Александра Михайловича, куратора всей русской авиации (некоторые источники сообщают, что медсестрой была дочь Александра Михайловича, но это, видимо, неверный перевод из английских текстов, поскольку единственная дочь князя была замужем за Юсуповым и в момент пребывания Смирнова в госпитале находилась на последних месяцах беременности).

Молодого человека отправили на учебу, и в конце 1915 года он был зачислен в авиаотряд под командованием Казакова. Одержал 12 воздушных побед, из которых 10 (по другим данным — 11) являются подтвержденными, что делает его одним из самых результативных русских асов.

Дослужился до звания поручика. После Октябрьской революции бежал из армии, поскольку был предупрежден одним из солдат о грядущем убийстве офицеров. Инкогнито отправился через всю Россию во Владивосток. Оттуда он с несколькими приятелями отплыл в Европу, чтобы завербоваться в какую-нибудь из союзных армий. В итоге он был принят в британские ВВС инструктором. В 1919 году прибыл в Новороссийск, чтобы присоединиться к армии Деникина, но там его отговорил один из старых знакомых, который считал войну безнадежной. Смирнов вернулся в Британию, где был представителем Деникина по авиационному направлению.

Затем он уехал в Голландию, где долгое время работал пилотом гражданских авиалиний, женился на актрисе, вёл вполне богемную жизнь и получил местное гражданство. После оккупации страны немцами перебрался в тихоокеанские колонии. Там он прославился ещё раз — благодаря экстренной эвакуации голландских чиновников и поселенцев из Индонезии после вторжения японцев. Во время одного из вылетов транспортный самолет под управлением Смирнова уже почти долетел до Австралии, когда его обнаружили три японских истребителя и открыли огонь. Раненый Смирнов сумел невероятным образом уклониться от японцев на неповоротливом транспортнике и посадить его на ближайший пляж.

Помощь подоспела только через 5 дней, и к тому моменту без медицинской помощи умерло четверо раненых пассажиров. История получила неожиданное продолжение благодаря тому, что самолет вез алмазы на сумму, эквивалентную нынешним 10–20 млн долларов. Часть алмазов потом выловили рыбаки в водах неподалеку, еще часть найдена в результате тщательного обследования бухты, но большую часть камней так и не нашли. Тем не менее Смирнов был награжден орденом Оранских-Нассау.

После войны Смирнов трудился советником в национальной авиакомпании до ухода на пенсию. Умер в 1956 году. Один из транспортников, на которых он вывозил голландцев, ныне хранится в музее авиации и носит его имя.

Петер Маринович — 10 самолетов

Серб, имевший подданство Российской Империи. В различных источниках указывается разное число его побед: 10, 18 или даже 22, но самое достоверное число, вероятно, 10. Можно предположить, что остальные цифры учитывают неподтвержденные победы. Про Мариновича в принципе очень немного известно по одной простой причине — он воевал во Франции, поскольку жил там накануне войны и в сражениях на восточном фронте никогда не участвовал. Тем не менее подданство делает его российским летчиком. Погиб в авиакатастрофе в 1919 году.

Владимир Стрижевский — 7 самолетов

Не был профессиональным военным, на фронт ушел добровольно, в 1914 году. Выучился на пилота. Полный георгиевский кавалер. Одержал 7 подтвержденных воздушных побед и еще 2 неподтвержденные. Некоторое время служил в Красной армии и даже командовал авиаотрядом, но в конце 1918 года перебежал к белым, после чего служил в авиачастях ВСЮР. После Гражданской войны уехал в Югославию, где стал одним из первых пилотов гражданской авиации. Состоял в Союзе русских летчиков. Погиб в авиакатастрофе в 1940 году.

Евграф Крутень — 6 самолетов

Дворянин из военной семьи. Начинал в артиллерии и случайно попал в авиацию в качестве наблюдателя — во время полетов он не управлял самолетом, а оценивал местность на предмет корректировки огня. Летал со знаменитым летчиком Петром Нестеровым, позже совершившим в годы войны первый в истории воздушный таран.

Командовал авиаотрядом. Незадолго до революции ездил в Англию и Францию с делегацией летчиков для обмена опытом, в Россию вернулся уже после февральского переворота. Помимо прочего известен тем, что на его самолете был нарисован Илья Муромец. Различные источники утверждают, что он одержал 15 или 17 воздушных побед, но достоверно подтверждены только 6. Тем не менее считается одним из самых известных летчиков своего времени, во много благодаря тому, что не дожил до Гражданской войны и не воевал за белых, что позволяло вспоминать его даже в советские времена. Погиб в июне 1917 года в авиакатастрофе.

Виктор Федоров — 6 самолетов

Учился на юридическом факультете Харьковского университета, но был арестован в связи с членством в некой студенческой социал-демократической организации. По дороге в суд (который, скорее всего, отправил бы его в ссылку на три года) бежал. Перебрался в Бельгию, откуда переехал во Францию. С началом Первой мировой войны записался в Иностранный легион, где служил пулеметчиком. В 1915 году был тяжело ранен, после выздоровления перевелся в авиацию. Стал довольно известен после участия в Верденском сражении. Вновь был тяжело ранен, но сумел приземлиться на дружественной территории.

В 1916 году попросился во французскую военную миссию в Румынии, откуда послал запрос на перевод в русскую армию. В январе 1917 он приехал в Россию и был включен в авиаотряд знаменитого Казакова.

Федоров сбил 6 самолетов, еще две победы считаются неподтвержденными. За 4 дня до окончания войны он был сбит и попал в плен. Умер в 1922 году от туберкулеза.

Иван Лойко — 6 самолетов

Родился в крестьянской семье, выучился на механика. Был призван в пехоту, но попросил о переводе в авиацию. Поскольку имел образование, востребованное в новых частях, запрос был удовлетворен. Выучился на пилота и совершал боевые вылеты с 1915 года. Летал и разведчиком, и бомбардировщиком, и истребителем. Служил в одном отряде со Стрижевским и Суком. Войну закончил в звании поручика. Сбил 6 самолетов, еще 4 победы официально не подтверждены. После Октябрьской революции сначала оказался в авиаотряде УНР, затем перебежал в Добровольческую армию, где дослужился до полковника. В составе врангелевской армии участвовал в разгроме «стальной дивизии» Жлобы. В конце 1920 года эвакуировался и перебрался в Югославию, где работал инструктором.

Повздорив с другими летчиками-эмигрантами, бежал в СССР после амнистии белым офицерам, причем украл при этом сербский самолет. В Советском Союзе работал инструктором в Борисоглебском летном училище. В 1929 году был арестован как «румынский шпион» и получил 10 лет лагерей. Сидел практически на Северном полюсе (остров Вайгач), поэтому был отпущен уже через 5 лет. После освобождения остался в тех местах вольнонаемным. Следы летчика теряются после 1936 года, его дальнейшая судьба неизвестна — возможно, он не пережил большого террора.

Эдуард Пульпе — 5 самолетов

Выходец из семьи состоятельных латышей, до войны работал преподавателем математики в гимназии, однако с юных лет интересовался авиацией. Учился во Франции на пилота — там его и застала война. Вступил в Иностранный легион, где воевал до 1916 года, потом перевелся на восточный фронт. Имел 5 подтвержденных побед и 2 неподтвержденные. Погиб в июле 1916 года в бою со знаменитым немецким асом Эрвином Бёме.

Юрий Гильшер — 5 самолетов

Выходец из семьи потомственных дворян. С началом войны вступил в драгунский полк, но позже перевелся в авиацию. Летал с конца 1915 года. Весной 1916-го потерпел серьезную катастрофу, в результате которой лишился стопы на одной ноге — позднее, чтобы избежать гангрены, ногу ампутировали до колена. С таким увечьем он должен был быть списан с фронта, но научился сносно управляться с протезом и дошел до высшего начальства ВВФ с просьбой оставить его в авиации. Пилоту пошли навстречу — он продолжил летать и даже одерживал воздушные победы. Дружил с известным асом Янченко, упоминавшимся выше. Сбил 5 самолетов, шестая победа не подтверждена. Погиб в воздушном бою в июле 1917 года.

Константин Вакуловский — 5 самолетов

Окончил военное училище на следующий день после начала Первой мировой войны. Служил поручиком в минной роте, затем перевелся в авиацию. Прославился тем, что спас боевые знамена из окруженной немцами крепости под самым носом у неприятеля, благополучно приземлившись и затем улетев из крепости. Позднее стал знаменит благодаря тому, что за один день поучаствовал сразу в 16 боях. Всего сбил 5 самолетов, еще три победы не подтверждены. После Октябрьской революции был арестован в Петрограде, поскольку остался верен Временному правительству. Дальнейшие сведения о нем обрывочны, сообщается лишь, что он погиб в авиакатастрофе в 1918 году, но при каких обстоятельствах это произошло — неизвестно.

Михаил Сафонов — 5 самолетов

Начинал службу гардемарином, но позднее перевелся в морскую авиацию. Был одним из самых результативных русских морских летчиков. Имел на своем счету 5 воздушных побед и еще 5 неподтвержденных (по другим данным — шесть). После Октябрьской революции несколько месяцев оставался на службе в России в авиации Балтфлота, затем перебрался в Финляндию, где поступил на службу к финнам. Участвовал в финской гражданской войне на стороне местных белых. В конце 1918 года уехал на юг России, где присоединился сначала к Донской, а затем к Добровольческой армии. Служил в авиации на Каспийском море. После поражения ВСЮР транзитом через Месопотамию добрался до Владивостока, где командовал одним из кораблей белых. Вместе с Сибирской военной флотилией ушел в Китай, где поступил на службу к правителю Маньчжурии Чжан Цзаолиню, принимал участие в войне с Гоминьданом. В 1924 году погиб в одном из боев.

о том как подписаться за 5 минут не выходя из дома.